Прошёл Оленёвку и сибирские лагеря — а дома попал в бюрократию: офицеру заблокировали более 5 миллионов гривен выплат

Суды, по его словам, он выиграл. Деньги всё равно не пришли.

Как такое вообще возможно? Разбираем по пунктам.

Что произошло

По публикациям Politeka и КиевВлада, вышедшим в последние дни, офицеру начислили миллионные компенсации за плен и ранение. Но чтобы их получить, нужны документы от командования Сил теробороны — а их, утверждает офицер, не оформляют.

Сумма — более 5 миллионов гривен. Эти данные — со слов самого военного, официального подтверждения от Минобороны или Сил ТрО нет. Но даже если цифра преувеличена вдвое, масштаб проблемы не меняется: человек, которого государство признало освобождённым из плена, не может забрать назначенные ему деньги.

Версия командования: один день февраля 2022-го

Вот где начинается конфликт. По версии командования Сил теробороны, 24 февраля 2022 года Тихонский якобы без разрешения уехал в гражданскую больницу и не вернулся в часть. Отсюда — уголовное производство по статье о дезертирстве, приостановка выплат и увольнение со службы.

Сам офицер это категорически отрицает. По его словам, он встретил полномасштабное вторжение на передовых позициях, а в плен попал при обстоятельствах, от него не зависящих.

Важно честно зафиксировать: у нас есть два противоположных утверждения. Версию командования до сих пор не подтвердило ни одно судебное решение, текст которого мы могли бы процитировать. Но и полного документального опровержения со стороны офицера в открытых источниках нет. Истина — в документах, к которым журналисты пока не имеют доступа.

Плен, о котором человек узнал уже дома

Самая абсурдная деталь этой истории — не сумма. То, что уголовное дело против человека открыли, пока он был в плену. Об этом Тихонский, по его словам, узнал уже после возвращения, во время реабилитации.

Условия этого плена стоит напомнить. Неделя пыток в гараже в Докучаевске. Затем Оленёвка — та самая, что вошла в историю через расстрел пленных в июле 2022-го. Затем Горловка, где, по описанию офицера, россияне «отбивали ноги» пленным. И — сибирские лагеря.

Возвращение состоялось 30 декабря 2024 года, в рамках обмена, когда в Украину вернули 189 защитников, среди них 14 офицеров.

Суд выигран. Деньги — нет

Дальше — самая показательная часть. По данным Politeka, апелляционный админсуд оставил в силе решение в пользу офицера. По информации hromadske, дело о дезертирстве закрыли, человека автоматически восстановили на службе. А выплаты всё ещё заблокированы.

То есть документы есть, решение суда есть, служба восстановлена. Но деньги стоят. Это уже не вопрос права — это вопрос исполнения. И именно здесь возникает главный вопрос этой истории: если суд сказал «платить», кто именно отвечает за то, что деньги не идут?

Второй иск — о восстановлении на службе и выплатах за период приостановления — рассматривает Киевский апелляционный суд.

Ещё один барьер: закон о лечении

Есть и вторая линия блокировки. С января 2026 года, как сообщает hromadske, командование приостановило выплаты, ссылаясь на норму закона: если военнослужащий находится на непрерывном лечении, денежное обеспечение выплачивают ограниченный срок.

С формальной точки зрения аргумент понятен — норма существует и применяется ко всем. Но посмотрите, к кому её применили: к человеку, который три года был в плену и вернулся раненым. Формально — закон. Практически — раненый офицер без денег на жизненно необходимые лекарства, как он сам описывает ситуацию.

Что положено освобождённым из плена

Чтобы понять масштаб, напомним: государство официально обещает освобождённым из плена 100 тысяч гривен за ранение, 50 тысяч во время лечения, 100 тысяч после установления факта плена и 90 дней отпуска. Справку о плене выдаёт Национальное информационное бюро.

Это минимум. Денежное обеспечение за период плена — отдельная, куда более крупная статья, и именно вокруг неё чаще всего возникают споры с частью.

При этом Верховный Суд уже давал разъяснение: апелляционный суд удовлетворил иск военнопленному о выплате денежного обеспечения за период плена, несмотря на позицию части. То есть судебная практика на стороне людей. Но, как видим на примере Тихонского, выиграть суд — ещё не значит получить деньги.

Что делать, если ваша ситуация похожа

Если государство начислило выплаты, но часть не выдаёт документы — алгоритм, который следует из практики: требовать письменный отказ, обжаловать бездействие командования в административном суде, параллельно получать справку о плене через НИБ и фиксировать каждый шаг документально. Судебная практика показывает: суды встают на сторону военных. Но исполнение этих решений — отдельная борьба.

Что дальше

Киевский апелляционный суд ещё не вынес решение по второму иску. Официальной реакции командования Сил ТрО на публикацию истории нет. И до сих пор непонятно, закрыто ли уголовное производство окончательно — точная формулировка «закрытие дела» есть только в пересказе, без номера производства и даты.

Человек, выживший в Оленёвке, ждёт своих денег почти два года после возвращения. Государство признаёт долг. Но долг, который нельзя забрать, — это не долг. Это обещание.