Трамп просит Зеленского перестать бить по российским заводам, которые, по его же словам, Россия уже «потеряла»

Логика Вашингтона выглядит так: украинские дроны выбивают российские НПЗ — дизель в мире дорожает — избиратели и потребители недовольны — значит, Украине стоит остановиться.

Логика Киева другая: эти заводы — источник денег на войну, которая каждый день убивает украинцев. Той же ночью, когда Зеленский садился в самолёт до Нью-Йорка, российские ракеты и дроны летели на Киев, Днепр, Кривой Рог и Павлоград.

В Днепре, по данным украинских СМИ, после попадания по предприятию погибли четыре человека. На Николаевщине погиб трёхлетний мальчик. В семи областях — отключения света, на Черниговщине без электричества осталось около ста тысяч абонентов.

И в эту же ночь украинские дроны поразили Куйбышевский НПЗ в Самарской области — там, по данным местных властей, один человек погиб и четверо ранены. Киев подтвердил также удар по НПЗ Bashneft-UNPZ в Уфе. Всего по России за ночь — один погибший и пятнадцать пострадавших.

Вот этот фон и есть настоящий контекст «энергетического перемирия», которое обсуждают в Нью-Йорке.

Что именно предлагает Трамп

21 сентября Трамп написал в Truth Social, что Россия «потеряла контроль над своей дизельной отраслью из-за войны в Украине». Это не критика. Это констатация эффективности — и одновременно объяснение, почему он хочет удары остановить.

По данным Axios, ещё 20 сентября, в телефонном разговоре с Зеленским, Трамп прямо поднимал тему украинских ударов по НПЗ и призывал их прекратить из-за дефицита дизеля и роста цен. Financial Times пишет о том же: давление на Киев с требованием остановить удары по заводам.

Здесь стоит зафиксировать одну деталь. Ранее Трамп заявлял, что Украина и Россия якобы договорились не бить по энергетическим объектам. Ни Киев, ни Москву такую формальную договорённость не подтверждали. После новых обстрелов она, во всяком случае, фактически развалилась — если вообще существовала.

Что предлагает Зеленский

Позиция Киева — не «нет», а «давайте честно». 21 сентября Зеленский заявил: Украина готова к взаимному прекращению ударов по энергетической — и даже продовольственной — инфраструктуре. Ключевое слово — взаимному. То есть не односторонний отказ от своей лучшей дальнобойной карты, а обмен: мы не бьём по заводам — вы не бьёте по нашим подстанциям и ТЭЦ.

Вторая часть украинского запроса известна заранее: Patriot. По данным AP, Зеленский снова будет просить американские системы противовоздушной обороны — именно они нужны против российских баллистических ракет, от которых у Украины меньше всего защиты. В Нью-Йорке перед встречей с Трампом Зеленский уже успел встретиться с Макроном — темы разговора: ПВО и поддержка на зиму.

Ещё один козырь Киева — так называемое «соглашение по дронам». Сразу после прибытия Зеленский заявил, что новая сделка готова к подписанию. Что именно в неё входит и на каких условиях — на момент подготовки материала подробно не раскрывалось.

Почему это вопрос не технический, а стратегический

Удары по НПЗ — это, без преувеличения, самый эффективный дальнобойный инструмент Украины. Российский бюджет питается нефтяными доходами. Каждый остановленный завод — это деньги, не дошедшие до войны. Трамп, фактически, признал это публично.

И именно поэтому просьба Вашингтона для Киева болезненна: у него просят отложить оружие, которое работает, — не ради мира, а ради мировой цены на топливо. Для украинца, который этой ночи просидел без света в Чернигове, этот обмен выглядит, мягко говоря, асимметрично.

У этого разговора есть и сильная противоположная сторона, и мы её не прячем. Дизель — не абстракция: это грузовики, тракторы, отопление. Рост цен бьёт по всему миру, включая союзников Украины. Если США из-за этого сокращают поддержку Киева — Украина потеряет больше, чем получит от остановленных заводов. Это реальный аргумент, и, вероятно, именно его Трамп и положит на стол.

Что неизвестно

Главное — результат самой встречи. На момент подготовки материала она шла или ещё не завершилась; никаких подписанных договорённостей нет.

Неизвестно и готова ли Москва к какому-либо «энергетическому перемирию»: официальной реакции Кремля на встречу в доступных материалах нет. А предыдущий опыт — заявление Трампа о «договорённости» не бить по энергообъектам — показывает, насколько хрупкими бывают такие конструкции без реальных гарантий.

Поэтому ключевой вопрос этой недели звучит не «будет ли перемирие». Он звучит иначе: согласится ли Украина заплатить своим лучшим инструментом за обещание, которое никто не может гарантировать. Ответ на него мы, возможно, услышим уже в ближайшие дни.