Северный поток-2.0: Трамп и Путин делят газ, а Украина — лишняя

Представьте себе картину. Вы каждый день слышите сирены, хороните близких, теряете людей. А где-то в уютных кабинетах люди в дорогих костюмах решают, как поделить российский газ, который еще недавно называли «кровью агрессора». И главное — они уже почти договорились.

По данным Reuters, которые 8–9 октября облетели ленты, команды Дональда Трампа и Владимира Путина ведут переговоры о восстановлении «Северных потоков». Не просто о ремонте — о привлечении американского капитала. То есть то, что мы привыкли называть «усилением санкций», на практике превращается в «привлечение американских инвесторов в российский газ». Браво, дипломатия.

И вот тут главный сюрприз. Сегодня, 9 октября, украинская делегация летит в США. С чем? С очередной мирной инициативой? С просьбой об оружии? А может, с наивной верой, что кто-то на Западе действительно думает об украинских интересах? Пока они в самолете, в Вашингтоне уже считают прибыль от трубы.

Давайте честно. «Мирный план» — это красивая вывеска. Но когда за ней стоит газовый контракт, всё становится на свои места. Путин получает деньги, Трамп — политическую победу («я остановил войну и наполнил бюджет»), европейцы — дешевый газ. А Украина? А Украина — препятствие. Пока мы держимся, эта труба не работает. И чтобы она заработала, нужно либо нас убедить, либо нас убрать.

Самое смешное — и одновременно самое горькое — это то, как быстро забываются лозунги. Еще вчера «Северный поток» был символом российской агрессии, инструментом энергетического шантажа. Сегодня — это объект для инвестиций. И никто не спрашивает, сколько украинцев погибло, пока труба лежала на дне Балтики.

А теперь представьте реакцию наших военных. Людей, которые каждый день рискуют жизнью, теряют побратимов, смотрят в глаза смерти. И узнают, что где-то там, за океаном, их борьбу воспринимают как препятствие для бизнеса. Это не просто предательство — это плевок в лицо каждому, кто воюет.

Конечно, официально никто ничего не подтвердит. Будут заявления о «мирных инициативах», о «поиске компромисса», о «дипломатических усилиях». Но факт остается фактом: переговоры о газе идут, и Украины там нет. Мы — не участники, мы — препятствие.

И вот главный вопрос, который должен тревожить каждого: а что дальше? Если эта сделка состоится, что станет с Украиной? Ответ простой: нас просто выбросят с карты. Потому что, когда труба заработает, потребность в украинском транзите исчезнет. А вместе с ней — и потребность в независимой Украине как таковой.

Поэтому, когда в следующий раз услышите о «мирном плане», вспомните эту историю. И спросите себя: действительно ли кто-то хочет мира или просто хочет делить газ?

Мир наступил. Правда, не для Украины, а для газовой трубы.