Не один рейд в трёх странах: как дело «Химпрома» за год прошло от украинских call-центров до Казахстана и Албании

31 августа 2026 года Национальная полиция Украины объявила о завершающем этапе операции против вербовочной инфраструктуры сообщества, которое следствие называет «Химпромом».

Семь человек задержали в Украине в порядке статьи 208 Уголовного процессуального кодекса.

Девяти фигурантам сообщили о подозрении.

В их числе — лица, которых следствие считает лидером сообщества и соорганизатором; им о подозрении сообщили заочно.

Цифры серьезные.

Но самое интересное начинается, если открыть официальный релиз не на последних абзацах, а посмотреть всю хронологию.

Это началось еще в августе 2025 года

По версии следствия, «Химпром» создал систему call-центров, которые выполняли роль своеобразного отдела кадров для наркобизнеса.

Через фальшивые объявления о работе искали операторов, HR-менеджеров, химиков, курьеров, «закладчиков», логистов, работников складов и других исполнителей.

Полиция утверждает, что внутри сети действовали денежные штрафы, а к тем, кто пытался уйти, применялись физическое насилие и незаконное лишение свободы. Эти обстоятельства являются версией правоохранителей и должны доказываться по конкретным эпизодам в установленном законом порядке.

В августе 2025 года в Украине прошли 26 обысков в таких call-центрах.

Правоохранители изъяли около 4 тысяч единиц цифровых доказательств.

И вот здесь обыск из разовой силовой акции превращается в настоящее расследование.

Технику нужно не просто изъять.

Ее нужно исследовать.

По данным полиции, анализ этого массива позволил установить 31 Telegram-магазин, организаторов, исполнителей и сотни завербованных людей.

Причастность части из них к незаконному обороту наркотиков на территории Казахстана затем устанавливали уже казахстанские правоохранители.

То есть украинские цифровые доказательства породили следственный маршрут уже в другой стране.

Вместо обмена пресс-релизами — совместные следственные группы

Для координации дела Украина, как сообщает Нацполиция, создала с Казахстаном и Албанией Joint Investigation Teams — совместные следственные группы, JIT.

И вот это действительно важная деталь.

Международное расследование легко превратить в бюрократию.

Следователь в одной стране видит связь со второй.

Пишется запрос.

Потом уточнение.

Потом еще один запрос.

А преступная инфраструктура в это время продолжает жить.

В случае «Химпрома» полиция описывает другую модель: в рамках международного взаимодействия стороны совместно устанавливали организаторов, исполнителей, каналы вербовки и людей, вовлеченных в оборот наркотиков в разных странах.

Что именно и в каком процессуальном порядке передавалось между странами, открытый релиз подробно не раскрывает.

Поэтому придумывать технические подробности мы не будем.

Но сама последовательность действий видна достаточно хорошо.

Албания: отдельный эпизод уже дошел до суда

В марте 2026 года, по данным Нацполиции Украины, правоохранительные органы Албании направили в суд уголовное производство в отношении двух граждан Украины.

Речь шла об обвинениях в незаконном удержании операторов вербовочных call-центров и применении к ним физической силы и насилия.

И это принципиально.

Когда 31 августа говорится об операции «трех стран», речь не идет о том, что именно в этот день Албания только начала свои действия.

Наоборот.

Албанская часть к этому моменту уже находилась на судебной стадии по отдельному эпизоду.

Май: 70 обысков в Украине с участием Казахстана

Следующий крупный этап — май 2026 года.

Полиция при участии представителей правоохранительных органов Казахстана провела 70 обысков в Киеве и Киевской области.

По данным Нацполиции, работу вербовочных call-центров прекратили, изъяли 120 единиц цифровых доказательств и установили 27 активных участников «Химпрома».

Снова цифровые доказательства.

И снова возникает задача, которая для обычного читателя почти не видна.

Нужно не просто доказать, что компьютер стоял в подозрительном офисе.

Нужно связать конкретную учетную запись с конкретным человеком.

Конкретную переписку — с конкретной функцией.

Конкретный Telegram-магазин — с конкретными операторами и денежными потоками.

И если следующий участник находится в другой стране — сохранить эту доказательную связь при переходе через юрисдикцию.

Июль: операция переходит в Казахстан

В июле 2026 года действия уже проходили на территории Казахстана.

С участием украинских правоохранителей там провели 15 обысков.

Нацполиция Украины сообщает о 17 задержанных участниках, которых связывали со сбытом наркотиков на территории Казахстана.

Если собрать хронологию вместе, получается довольно показательная схема.

Август 2025-го: данные получают в Украине.

Затем в них находят казахстанские связи.

Весной казахстанские представители участвуют в украинской операции.

Летом украинские правоохранители уже участвуют в действиях в Казахстане.

Так выглядит международная работа без красивого мифа о том, что все обязательно должно произойти одновременно.

Финал этого этапа снова был в Украине

Завершающий этап сети вербовочных call-центров прошел уже в Украине.

При участии казахстанских правоохранителей провели 35 обысков в пяти областях и Киеве.

Нацполиция сообщает, что были ликвидированы две вербовочные ячейки.

Также были изъяты цифровые доказательства и вещества, которые полиция относит к незаконному обороту наркотиков:

3 600 джоинтов, 24 кг смеси с содержанием синтетического каннабиноида PINACA, более 1 900 расфасованных пакетиков.

Семь человек задержали.

Девяти сообщили о подозрении.

Двоим ключевым фигурантам — заочно.

Кто такой «Мексиканец»

По версии Национальной полиции, разветвленную систему вербовки создал 36-летний гражданин России, использующий псевдоним «Мексиканец».

Полиция утверждает, что он скрывается за границей.

В более раннем официальном материале от 22 апреля 2026 года Нацполиция сообщала, что человек, которого она считает лидером «Химпрома», находится в международном розыске с 2019 года и якобы продолжал координировать деятельность сети дистанционно.

Это тоже хороший пример того, где национальное расследование упирается в границу.

Доказать эпизод — одна задача.

Фактически получить человека, находящегося в другой стране, — уже другая.

Что именно предъявляют

По данным полиции, в зависимости от роли фигурантам сообщили о подозрении по ряду положений Уголовного кодекса.

В числе указанных квалификаций — части 1 и 2 статьи 255: создание, руководство преступным сообществом или преступной организацией и участие в ней.

Также названы положения статей 27 и 28 и часть 3 статьи 307, касающаяся незаконного производства, приобретения, хранения, перевозки, пересылки либо сбыта наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов при соответствующих квалифицирующих обстоятельствах.

Важно не потерять юридическую границу.

Сообщение о подозрении означает, что следствие сформулировало подозрение и должно его доказывать.

Это не означает, что суд уже признал человека виновным.

Где здесь Интерпол и DEA

Нацполиция отдельно сообщает, что мероприятия проходили во взаимодействии с подразделением Генерального секретариата Интерпола по борьбе с наркотиками и американским Управлением по борьбе с наркотиками — DEA.

Звучит весомо.

Но здесь есть соблазн сделать вывод, которого источник не дает.

В открытом релизе не расписано, какое конкретно доказательство передал Интерпол, какое действие организовала DEA и кто кому направлял отдельный запрос.

Поэтому корректно говорить только о подтвержденном взаимодействии.

Не больше.

Так что же в этой операции действительно необычного?

Не семь задержаний.

Не 35 финальных обысков.

И даже не участие трех государств само по себе.

Сильная часть этой истории — преемственность доказательств.

Один этап должен дать материал следующему.

Август 2025 года — 4 тысячи цифровых объектов.

Из них — 31 Telegram-магазин и новые связи.

Март — отдельное дело в Албании уже направлено в суд.

Май — 70 обысков и 120 новых цифровых объектов.

Июль — 15 обысков и 17 задержаний в Казахстане.

Затем — еще 35 обысков в Украине.

Вот это и есть настоящий профессиональный интерес.

Международная операция — это не обязательно три группы захвата, которые одновременно смотрят на часы.

Это когда доказательство, полученное в одной стране, становится рабочим элементом дела в другой, а действия разных юрисдикций не разваливаются на три несвязанных производства.

Но остается главный тест.

Суд.

Потому что пресс-служба может соединить всю историю в одном релизе за несколько абзацев.

Следователю и прокурору придется соединять ее доказательствами.

Кто управлял конкретным call-центром?

Кто вербовал конкретного человека?

Кто контролировал конкретный Telegram-магазин?

Какая связь между оператором в одной стране и предполагаемым руководителем в другой?

Как получен цифровой материал?

Можно ли подтвердить его целостность и происхождение?

Именно на этих вопросах международная спецоперация либо становится международным уголовным делом, либо остается громкой хроникой обысков.

Пока точка не поставлена.

Семь человек задержаны.

Девять получили подозрения.

Отдельные эпизоды находятся на разных процессуальных стадиях.

А человек, которого полиция считает лидером сети, по ее данным, по-прежнему находится за пределами Украины.

Так что 31 августа — не конец истории.

Это момент, когда полиция подвела итог большому этапу.

А окончательный результат будет определяться уже не количеством стран в заголовке, а тем, что из этой международной конструкции выдержит проверку судом.